4. Ну и, наконец, целой отдельной темой стало монументальное искусство – мозаичная декорация так называемой модернисткой архитектуры, особенно это стало актуально после открытия нового реконструированного здания «Гаража» в Парке Горького: http://artguide.com/posts/832
«Достопамятная архитектурная реформа рикошетом ударила по художникам не слабее, чем по архитекторам. Как бы архитекторам ни было обидно, что именно их, а не партийное руководство, обвинили в разбазаривании средств на колонны, лепнину и прочие ненужные украшения, им хотя бы было дано ясное указание: делайте, как на Западе — если не получится лучше, то хотя бы дешевле. У художников, напротив, в силе оставался прежний руководящий принцип — социалистический реализм, но художественная продукция, производимая в соответствии с ним, сразу начинала выглядеть архаично на фоне современной архитектуры. Это выяснилось уже на Всемирной выставке 1958 года в Брюсселе, где советский алюминиево-стеклянный павильон, построенный с использованием изощренных вантовых конструкций, был наполнен традиционной реалистической скульптурой и живописными панно, вступившими с окружением в очевидный диссонанс. Подражать «Западу» художникам было запрещено. Это им дали понять во время Американской выставки в 1959 году в Сокольниках, где привезенные фотографии архитектуры рассматривались наряду с творениями дизайна, как образцы для изучения и перенимания опыта, а художественная часть экспозиции при этом подверглась жестким насмешкам официальной критики, да и простые зрители, впервые столкнувшись с современным искусством, реагировали, в лучшем случае, с недоумением. Для тех художников, кто не понял сразу, в 1962 году на выставке к 30-летию Московского союза художников в Манеже прозвучал начальственный окрик: «Пидарасы!», за которым последовало пояснение, не оставляющее сомнений в позиции Никиты Сергеевича Хрущева: «В вопросах искусства я сталинист».
