Вчера забрал из доставки и за вечер прочёл/просмотрел книжку Марии Бавыкиной и Владислава Ефимова "Время непосредственной фотографии". Пока не выветрились впечатления и не навалился прочий быт — тезисно:
— книжка совсем небольшая в размерах, но приятно весомая. Классная обложка с тиснением. Отличная бумага и качество печати. Неожиданно крупный (против обычного) шрифт как будто это детская книжка. Даже залез посмотреть в "Дневник кота-убийцы", а он тоже в похожем размере напечатан. Однако стоит метка 18+ по причине включения некоторых фото. Короче, на книжку как объект совсем не пожалели денег и в руках её, без шуток, держать действительно приятно.
— книга хорошо проиллюстрирована, много отсылок на архивные материалы "Гаража", но совсем нет фотографий Мухина, по тем же причинам, по которым нет его снимков и на выставке в PENNLAB, зато есть Михайлов, которого тоже нет в PENNLAB.
— структурно: в книге даны контекст и заключение, приводятся краткие биографические справки на каждого участника и своего рода эссе об отдельных сериях периода существования группы и чуть позже, есть чудесная архивная вставка от Ирины Меглинской в самом конце и диалог между авторами книги.
— авторов, напомню, два: где-то пишет Владислав, где-то повествование переходит к Марии (логично, что о Ефимове пишет не он сам). Любопытно, что в целом интонационно их тексты сливаются до степени неразличения, впрочем, они это и сами отмечают в финализирующем диалоге между собой о мотивах и целях книги. С Шульгиным, видимо, было интервью, но его голос звучит цитатно. Мухин, судя по всему, разговаривать отказался. Вводные эссе для всех остальных построены из воспоминаний Владислава.
— несколько утомительно с первых страниц книги прорываться сквозь "феномен самозарождения с позиций старой доброй таинственной натурфилософии", "желточные мешочки" и "отвар из духа времени и разнообразных культурных контекстов", который "бродит во мне (прим. Владиславе Ефимове) и не теряет крепости". Это бормотание свойственное манере письма Владислава стоит принять как данность. Как будто кто-то пальцем водит по луже с растекшимся по ней бензином (вот и меня повело в эту сторону), пытаясь что-то написать. В начале книги, где обещан контекст, из-за этого возникает ощущение постоянной пробуксовки. Дальше становится чуть бодрее.
— случайно или нет, но это же бормотание постоянно маскирует отсутствие прямого разговора друг о друге и времени. В книге все уже немного мертвы (кто-то и правда мёртв), в том смысле, что ничего плохого друг о друге. Местами проскакивают какие-то интересные факты, но в целом текст максимально округлый. Ситуация с молчащим Мухиным не проговаривается. Хотя чем бы это испортило книгу, показав как движется время. выявляя характеры и принципы каждого из участников? Не раскрывается, почему Ефимов перестал "дружить и общаться" с Пигановым с 1995 года, а только изредка пытался дозвониться по номеру "записанному на пожелтевшей бумажке" (я почти заплакал). В этой ситуации, слова об участии Михайлова и Слюсарева "для веса" звучит как откровение, конечно.
— тем не менее, всё это было крайне занятно прочесть. Или я просто такой фотогик и люблю комиксы со знакоммыи героями? Всё равно со всеми оговорками мы наконец-то хоть как-то имеем фиксацию того, что было — со всеми "умолчаниями", которые эта книга не способна скрыть. Очень порадовали вставки фотоматериалов из архива Андрея Безукладникова. Совершенно, повторюсь, чудесные характеристики на Шульгина, Пиганова, Леонтьева и Безукладникова от Ирины Пигановой (Меглинской) в самом завершении книги. Не знаю до конца, стоит ли рекомендовать эту книгу к обязательному прочтению, но как историческая справка — why not?.
#впечатления